В.Падас
СТИХИ
Всем Странникам посвящается
* * *
А кто услышит, тот услышит…
Он слово на песке запишет,
На белом пепле прошлых лет.
И слово превратится в птицу,
Чтоб с голубым рассветом слиться
И горечь дней свести на нет.
Сыновьям
ВОСТОЧНЫЙ ВЕТЕР
Ах, Сад камней!
Ах, тени Поднебесной!
Ах, «Песнь Песней»…
Не бойся, мальчик, смейся!
Не хмурь бровей
Своей судьбы и дней,
Которые еще лишь на Пороге
Большой Дороги…
Не бойся указателей пути:
Стоять!
Ползти!!
Идти!!!
Лети, мой друг, лети!
И, дай же Бог, в полете совершенства!
* * *
Все наполнено Смыслом!
Каждый отзвук мгновенья!
Каждый миг, каждый вскрик,
Каждый прожитый час.
Но мираж отчужденья
Правит бал сновиденья,
И иллюзия будней
Преследует нас.
Так поднимем глаза
К вечно ждущему небу!
Не иссякнет родник,
Где хозяйкой Любовь.
Встретим путника хлебом,
Герб прибьем в изголовье
И с мечом, и с крестом
И заветным лучом!!!
НАВНЕ
Даниилу Андрееву
Пора!
Иду!
Я слышу голоса…
Зовут…
Зовут…
И звездные качели
Несутся вниз…
И бьют часы,
Отсчитывая Время,
Отпущенное нам на искупленье
Вселенческих грехов.
Стихов не напишу
В пространствах тех бездонных…
Слезой не орошу
Беспочвенную твердь,
А тихо помолюсь,
Обняв Твои колени,
Чтобы с душой моей
К Отцу смогла взлететь.
* * *
В.Высоцкому
Не дай Бог никому
Белых дней, утерявших надежду!
Слух закован в бемоль.
Режет ухо своя же рука.
И скупою слезой размывает иллюзий одежду
Первородная боль –
искупленье чужого греха.
Поистерлись слова.
Милосердия посох источен.
У больничной стены –
белый доктор, как белая смерть.
Белый лист на столе,
И кричащий язык многоточий…
И охрипшее горло, о надежде уставшее петь: -
- Глухота – не предел,
если сердцем услышаны звуки!
И не болен Ван Гог –
вечно зелен его кипарис.
И светлеет лицо, когда клавиш касаются руки,
И малютка-душа то взлетает, то падает…
ЦВЕТНЫЕ СТИХИ
поэту А.Юрьеву
Мой брательник в понедельник
Пил зеленое вино.
За окном гулял Сочельник
В светло-белом кимоно.
Приходили, уходили
В среду серые друзья,
Ненавязчиво корили,
Мол, так больше жить нельзя.
А брательник, ах, бездельник,
Красное глушил вино.
Уже синий понедельник
К нам заглядывал в окно.
Зацветали, отцветали
Листья в брошенном саду,
В золотых кострах сгорали
На серебряном ветру.
Пахло дымом, пахло мятой,
Вечер трезвенно звенел.
Понедельник черной датой
Календарно отлетел.
А брательник, эх, отшельник,
Горькое допил вино,
В тот бесцветный понедельник
Ему стало все равно…
Мой брательник-неврастеник
Богу счеты предъявил.
Кто же будет понедельник
Красить радугой чернил?
БОЛЬНИЦА ДУШИ
К. Гринченко
Аминазиновый рассвет
Неврастенической Эпохи…
И даже в отдаленьи Боги
Листают книгу древних Вед.
А жизнь струится из-под рук,
Как виноградный сок сквозь пальцы.
Уходят в никуда Скитальцы,
Нам завещая чашу мук…
И вот, постигнув смысл строки,
Отпив глоток Заветной Влаги,
Идем скитальцами отваги
По руслу выжженной реки.
Ушла вода, седой песок
Струится, жаждой утомленный.
Мир, миражами обновленный,
Нацелен пропастью в висок.
Ах, все не так! Болезнь стеной
Стоит, как вещая беспечность,
И Одиночество, что вечность,
Женою за моей спиной…
* * *
К кому, к кому направить крик души?
Какому всуе поклоняться богу?
Как исповеди медные гроши
Раздать слепым, полуглухим, убогим?
Как начертать орнамент трех стихий?
Как отличить зерно от пустоцвета?
Как жить, как петь, как замолить грехи
Зеленых дней оранжевого лета?
Мой Век – мой плач и мой бесцветный сон.
Играет мальчик на рожке событий,
А Вечность вторит звуку в унисон:
- Вы спите, спите, спите…
С ума сойти или открыть глаза?
- Открой и пой, - мне шепчут голоса.
ОТЕЧЕСТВУ ПО ИМЕНИ ЗЕМЛЯ
Отечество мое – моя Земля родная,
Где нет границ от края и до края,
Где дышит степь хмельным дыханьем дня,
И где зерно, сквозь Вечность прорастая,
Для жизни новой не щадит себя.
Чего же делим мы?
Какую ищем ценность?
Бесценным дням?
Безмерностью безмерность не снится нам.
А сны тревожные все ходят по пятам,
И не проснуться…
Но вот коснутся
Первые лучи
Святого солнца
Ресниц твоих,
И я, Любимая, благословляю Вечность
За этот миг.
ЧЕРНОБЫЛЬСКАЯ ЗВЕЗДА
Там, где музыка жила,
Там растет дурман-трава
Горькая, седая.
Там, где раньше был родник,
Там сидит слепой старик
Да воронья стая.
Там, где было колесо,
Там остался след еще
На песке… у края…
Там, где шелестел камыш,
Там теперь туман да тишь,
Да судьба хромая.
СОН
Женщина в белом в черной ночи
Ходит по улицам, в ставни стучит.
Крепки запоров ключи…
Женщина в белом тревожно-грустна,
Видно метель в эту ночь неспроста.
Будет дорога чиста…
Женщина в белом кружит на углу,
Белое платье горит на снегу,
Завистью мучая мглу…
- Кто ты? Откуда? Не видишь сама,
В сладком бреду утопают дома?
Серость ползет в закрома…
Стой! Ну куда же ты? – Небо молчит.
Старый фонарь желтый сумрак струит.
Тихо. Тревожно. Мир спит…
Женщина в белом, черная ночь,
Чётки следов, уходящие прочь…
* * *
Л.П.
Вы не такая!
Вы лучше!
А этой лишь кажетесь!
Вы солнышка лучик,
Вы тучка!
И Вы не откажетесь
Со мною по лужам?
Чтоб брызги слезинками?
Я нужен Вам! Ну-же-н!
Как роща, манящая дымкою,
Как улица с криками и столкновением,
Как окна, распахнутые в откровение,
Как телефонная трубка, хранящая тайну,
Как преданный пес, стерегущий свидание.
Но! Поезд умчался пунктиром из точек…
Ну, что же, я на перроне свернулся в клубочек
И буду Вас ждать.
Вы тучка! Вы солнышка лучик!
ДРУГУ
В Светозаровой
Спасибо, дружочек, за поздний приют,
За дом, где горячего чая нальют,
За простынь, согретую собственным телом,
Чтоб в пропасть ночную душа не слетела…
Спасибо за утро, за храм тишины,
За то, что не держишь на сердце вины.
Спасибо, родная! Целую Вас нежно.
И дай Вам Господь светлых дней безмятежных.
ЖЕНЩИНА И ПОЭТ
Виктории С.
Он уходил и приходил,
Суму с собою приносил.
Она смеялась ему
И навзничь вешала суму,
И ставила на плитку чай,
Смахнув слезинку невзначай,
И превращалась в тишину,
Чтоб не мешать мечтать ему,
И мыла в кухне башмаки –
Скрижали стоптанной строки,
Замаливала его боль,
Себе на рану сыпя соль,
Стелила вдовичью кровать,
С бессонницей ложилась спать,
Жила наперекор всему,
Одна несла его суму.
ПОЭТ И ЖЕНЩИНА
А.Юрьеву
Ну, не бойся, дай мне руки.
Десять пальцев заплелись,
Словно в Моцарте слились
Наших душ святые звуки.
И Земля уже внизу
Тает голубым рассветом.
К звездам ты летишь с поэтом,
Солнцем высушив слезу.
Не оглядывайся в страхе!
Там мертва ты, здесь жива!
Не страшна нам здесь молва…
Что любовь и голова
Срока ждут на смертной плахе…
Дай мне губы. Не спеши!
Пусть дыхания сольются,
Неба выгнутое блюдце
Не нарушит тишины.
Марине Кучеренко
ПОЭТ И ГРЕЗЫ
Посидеть полчаса,
Поглядеть на тебя
И уйти, не связав и полстрочки.
А потом на снегу
Твой портрет рисовать,
Твоих грустных ресниц завиточки…
А потом… А потом…
Сон зеленым котом
Замурлыкает мысли покоем.
Я вздохну, улыбнусь,
Снова вспомнив о том,
И глаза до рассвета закрою.
Марине К.
* * *
Твоя свобода –
это шорох ветра,
И звук капели,
И отречение от постоянства трели,
Когда пастух играет на дудели утра…
И спит роса в ворсинках лепестка,
И Красота, сквозь Вечность созерцая,
Лучом рассветным
Новый день пронзает
В желаньи Чуда.
БЫВАЕТ…
А сердцу не надо уже ничего,
Ни славы, ни правды крупицы.
Устало оно от себя самого,
Устало безрадостно биться.
И снится зеленая, светлая даль,
Зовущее звучное эхо,
Огонь пробужденья, забвенья печаль,
И таинство белого смеха…
Откуда? Откуда? Откуда твой след?
Какими? Какими путями?
И в мудром молчаньи находишь ответ.
Женою – любовь за плечами.
ОСЕННИЕ СТИХИ
Серые будни серой недели
Серой тревогой ко мне прилетели.
Желтые лужи осенним разливом
В серое небо глядят сиротливо.
Гордые птицы в сером просторе
Серую песню курлычут о воле…
Мрачные мысли в табачном тумане
Смертью грозятся и дыркой в кармане…
ВОПЛОЩЕНИЯ
Уйти бы отсюда
в царство травы
От всей суеты, маеты…
Стать бы былинкой
в капле росы.
Утра святого часы!!!
И продолжая Божественный круг,
Снова себя обрести
почкой черешни,
Проснувшейся вдруг,
Чтобы в весне отцвести…
* * *
сыну Александру
И на солнечных крыльях мечты
Можно тоже ворваться в Вечность…
Только выдержать чувств безупречность,
Только выдюжить хлам суеты…
А когда вдруг теряешь: где ты? -
И когда размываются грани,
Вспомни ветку цветущей герани
На окне, в зазеркалье весны…
ОСЕННИЙ РОМАНС
Жизнь чередой плывет неспешной.
То день, то ночь, то снова день.
И думать, и работать лень,
И даже плакать…
Безутешно…
Живу один. Бьет треть часы.
Какая жизнь сейчас уходит?
В деревьях стылых осень бродит,
В руке зажав судьбы весы.
И сыро так! Дожди, туман…
Как в нем найти тропинку к сердцу?
И рвутся в небо звуки скерцо,
Но тут же падают к ногам.
Ох, эта грусть! Печаль кружит.
И петли ткет паучья мамка.
И ночка – черная цыганка –
На листьях мертвых ворожит.
Андрею
ГОРЕ
Молчи, мой друг, молчи!
Слова не стоят нас.
В минуте тишины – сто тысяч лет отваги,
Сто тысяч лет любви – у поседевших глаз,
Разделим на двоих остатки горькой влаги…
Молчи, мой друг, молчи!
Душа сама расскажет…
И слово не вспугнет
Другой души покой.
А жизнь без суеты рассудит и накажет…
И в нужный Богу час споет за упокой.
Молчи, мой друг, молчи!
Сожми покрепче губы.
Что ж, надо до конца
Ту Чашу донести…
А за окном февраль надумал зацвести…
Но зимние цветы и холодны, и грубы.
* * *
Давайте попрощаемся сегодня,
Все спешно так…
А вдруг не будет завтра?
И ляжет перевернутая карта
Тузом крестовым на дверной косяк?
Живем во сне, бредем по воле рока,
Неведенье поставив во главу.
Не домечтав, не дописав главу…
Не долюбив… Уходим раньше срока.
Играемся, самих себя забавим.
Какая непростительная блажь!
Реальность, превращенная в мираж, -
Вот все, что в жизни за собой оставим…
* * *
- Как нам понять друг друга?
- …В отождествленьи душ найдешь меня.
Б.В. Гребенкину
Я возвращаюсь в дом
Хребтом содрав колени
У детства неба…
(Был или не был этот вечер?)
Мой мозг – зерно ржаного хлеба –
Рифмует строчки: верность, вечность, плечи…
А звезды – точки с позволенья Бога –
Усыпали чужое одеяло…
Я возвращаюсь в дом, ключи в кармане,
Но, Боже мой, как этого мне мало!
«Так на же, Боже,
То, что нам негоже…
Как больно Боже,
На терновом ложе,
Так, что же, что же,
Так манит и гложет?
А может, может
То душа тревожит?..»
* * *
- Как нам понять друг друга?
- …в отождествленьи душ найдешь меня…
Марине Цветаевой
Родила меня мама в рубашке зеленой,
Нарекла быть Мариной.
А мне быть Аленой!
Княжной Ярославной! На насыпь крутую…
Чтоб в плаче растаять за веру святую.
Но мама все знала…
Зовусь я Мариной.
И жизнь меня греет
Одной половиной.
P.S. Елабуга! Татарская ордынка,
Какую Дочь в себя вселила ты?
* * *
- Как нам понять друг друга?
- …в отождествленьи душ найдешь меня…
А. Грину
Эй, капита-а-а-ан!!! Отдать концы швартовых!
Мне в Зурбаган!
Устал от будней новых.
Здесь вьюжит и метет…
А Крым манит простором,
зовет и парусник качает на волне.
Я еду в скором!
В сказочной стране,
Там, в Зурбагане, ждет меня Надежда,
И цепь звенит, и Джонни точит нож…
И ты в чудесно-радужных одеждах
Сквозь сумрак ночи по волне идешь.
Горит маяк. Мы вместе улетим,
Указан путь блистающих свершений.
Полет освоен. Человечий гений
Пределом лет с мечтой не разделим…
Эй, капитан, гони бочонок рома,
Сегодня ты в расцвете алых дней,
На палубе крутой, совсем как дома,
Кружится в вальсе та, что всех милей!
Вперед, бродяги!
* * *
- Как нам понять друг друга?
- …в отождествленьи душ найдешь меня…
Сервантесу
Я – вечный странник, Дон Кихот и Панса,
И лошадь рыцаря, и панцирь,
и дороге…
И ожиданье у порога жизни,
И колокол, и звук, и эхо тризны,
И жажда, и ручей, и чувства середина…
Ведет меня судьба!
Опять в седло!
На спину,
На спину брата Росинанта вскочишь,
И мчишься, мчишься…
Жернова зерно размелют,
И хлеб готов в дорогу.
Так ветер вечный в хмеле,
Рукою трезвой размочалив тогу,
Следы подков сметает понемногу…
* * *
А. Блоку
В минуты тяжести душевной
Любовь теряешь к жизни бренной,
День видишь только в пол-лица.
И нет вокруг тебя Вселенной,
Есть ты с глазами чернеца.
Бредешь по замкнутому кругу –
«Аптека, улица, фонарь».
И ждешь венчальную подругу
Безумством глаз сжигая даль.
И, не дождавшись, по привычке,
Упрятав скулы в воротник,
Несешь своей души отмычки,
Полуюнец, полустарик.
* * *
Н.П. и С.
В МОСКВУ
В Москву, в Москву! Желанная награда
За тяжкий долг, за дни сплошного ада,
За одиночество, бессонницу и веру,
Что в час безумья разумом горела,
И за любовь, что жизнь мою спасала,
Когда в бреду вела меня к вокзалу.
Я все решил! Зажат билет в кармане.
И хмурится судьба, грозя дождями,
Она другой нам намечала путь…
Прости, судьба, сейчас решаем сами.
А дальше?.. Разберемся как-нибудь…
В Москву! В Москву! Там двери нараспашку,
И ждет меня мой синеглазый Сашка!
И рук своих я сети растяну,
Ворвусь в тот дом и обниму жену.
И, все забыв, забыв про все на свете,
Как сладкий мед, пить буду тишину!
* * *
Душа души моей –
Испуганная птица,
Моя Ведунья по зигзагам жизни,
Дай губ твоих нектаром насладиться,
Дай устыдиться собственной неволи.
В твоих объятьях, на рассвете утра,
Когда и небо, и земля, и море
Любовь моя!
Тебе слагают сутру.
Н.П.
СОН В ПОЛДЕНЬ
Был полон ручей отголосков святых,
Уж таял мираж чистых душ золотых.
Вдруг увидел тебя! Ты взмахнула рукой,
И в явь превратился мой сон золотой.
Ты что-то читала и хмурила бровь,
Жужжала пчела, полдень плыл за стеной.
Луч солнца пригрелся в ресницах твоих.
Где сон? Где реальность? Где истины миг?!
ГДЕ?..
В.Бабанину
Дню высекли глаза,
А ночь лишили права любодейства.
А как без глаз?
А без любви как быть?
Где силы взять,
Чтобы Ковчег срубить?
Где ветер взять,
Чтоб парус развернуть
И на хребте безумнейших событий,
С Надеждой курс держать на Млечный Путь…
Где песню взять?
Чтоб натянув струну сердечных мук
Гимн утру сочинить,
И чёрную от горьких дней планету
Слезою голубою исцелить?
Где совесть взять?
Чтобы призвать к ответу самих себя
На тот Высокий Суд, где истины чужие не спасут;
Где не солжёшь. И от себя не спрячешь…
Где и слепой становиться вдруг зрячим,
А Судьи в Белом взяток не берут?!
***
Татьяне Бирюковой
Не отнимай печали грусть.
Прошу, не надо!
Я сам с безумством разберусь
Под шелест сада.
Я сам найду судьбы упрёк,
Что не сказала,
Какой мы Ад переживём
В тисках вокзалов.
И падал медленно листок,
Кружась устало.
И ты к стеклу прижав висок:
«Прощай» шептала.
Гудел гудок,
Наискосок
Вагонной тени
Поплыл перрон…
Прощай любовь…
Нет утешений…
P.S. Я сам любовь,
И сам палач,
И сам я Вече.
Не верю больше чудесам
Что время лечит…
***
Что-то в сердце надорвалось…
Дни туманной чередою…
То, что истиной казалось,
Рваного рубля не стоит.
То, что было – вдаль уплыло,
То, что будет – Бог рассудит.
Жизнь снежинкою кружила
В безвременье наших судеб.
Ах, в траву б раскинув руки,
Ах, росою б окропиться…
Но косарь скосил косою,
А росу склевала птица
Я нетрезвою рукою
Трезвость в чаши разливаю –
Виноградною слезою
Жизнь и Свет Благословляю…
ГОНЕЦ
Н.Рериху
У человека есть начало дня,
Начало жизни и Начал Начало.
Цыганка-ночь ладью судьбы качала,
И в небе корчился полу луны оскал,
Летел за лодкой, дико хохотал
И гибелью грозился, чтоб до Причала
Начал Великих лодка не пристала.
И трепетала светлая душа
Под тихий стон седого камыша,
Едва дыша, едва светясь вполсилы
Звездой Седьмой на краешке ковша…
Встал Род на Род,
Забыв о звёздном мире
Плывёт ладья, плывёт.
Куда?
***
У осени глаза, как у жены.
Прощай…. и здравствуй…..
Мосты разведены
И сожжены земные страсти.
Любимая, прости! прощай!
До новой встречи
Там – в перекрёстках звёзд!
Здесь - недалече…
***
Н. Коровкиной
Любимая! Я на распутье строк…
В моём-то возрасте…
Не дал Господь воды глоток
В пустыне гордости.
Песок – вода минувших лет
В потоке вечности…
А ты – роса.
А я - рассвет
В объятьях нежности.
Прости, любовь,
За сей пейзаж….
За откровенье….
Мы посетили вернисаж
В день Воскресения…
НАТАЛИ
Натали ты моя, Натали!
Поманила любовь - так храни.
Нет уж слов у меня, Натали!
Умоли мою грусть, утоли…
Моя девочка с проседью снов
Ни оков не хочу,
Ни долгов,
Ни стихов.
Ни-че-го не-хо-чу…
Обнимаю тебя и молчу.
P.S. Лебединую песню шепчу:
Натали! Утоли…отплачу…
КРЫМСКОЕ ЛИБРЕТТО
Мы наших душ соединили трепет
И…улетели!
Оставили внизу всю суету июньских жарких дней.
Остановили людей, зверей и птичий гомон.
Мы были равны!!!
Под созвездием Овна
Познали суть любви.
Забыв на миг земное притяженье…
И жженье ревности (“пылают корабли”)
Не грезилось еще нам впереди…и
Не грозилось болью отчужденья…
Дорог… вокзалов…и ненужных встреч
Мы были равны!
Обнаженность плеч…
И привкус утра на твоих губах…
И вздох… и вскрик…и неземное “Ах!”…
И Млечный путь…
И Огненная лошадь…
И девять месяцев… и лебединый страх –
Свечи, дрожащей в трепетных руках –
Иллюзий утра…
Тогда мы были равны.
ОТКРОВЕНИЕ ДОКТОРА
Я согласен бесплатно…
Но вы не поверите
В то, что магия жизни –
Это просто доверие,
Откровение в сердце и душу свою.
Где сквозь боль – прорастаю,
Где сквозь слёзы – люблю,
Где сквозь ненависть – верю
В поверие слов:
Что в содружестве веры
Нет безверья оков.
Где улов не в монете
Судных дней суетных
А в пастельном сонете
Наших душ золотых.
ИВАНОВА РУСЬ
Эхе, хе-хе-хе-хе.
Ехал Ваня на блохе,
На блохе блохастенькой,
Рыженькой, ушастенькой.
Не на братской, на своей
Мчал разбойник соловей
Но устала блошка,
Вытянула ножки.
Хоть подковы золоты –
Не спасли от суеты.
Плачет Ваня у креста,
Совесть Вани нечиста.
Ты прости, родная,
Что творим, не знаем.
ОЛЬГА ЛИБЕРДОВСКАЯ ВОВЧИКУ
Мой мальчик, Ты плачешь ночами,
Что некому « Баюшки» спеть,
-Спой мне!
-Так как было в начале…
Ведь голос утратил лишь «медь».
Твой взгляд – то лукав, то печален,
А жест – он точнее стрелы!
Прекраснее ты, чем в начале,
Когда были мы лишь смелы
И только себя примечали
Да в гении рвались до слёз…
Поэтам – всегда! - быть в начале
Тревог, достижений и… грёз.
ОЛЬГЕ ЛИБЕРДОВСКОЙ ОТ ВОВЧИКА
Спасибо родная! Я знаю –
Сам «баюшки-баю» пою…
Во сне, - где вне сна пребываю,
Где верю, надеюсь, люблю.
Во сне, где не плачешь ночами,
Бессонницей ночь устелив.
Ты помнишь: «Распните!!!» - кричали?
А кто из кричавших счастлив?
Спасибо родная! Не знаю,
Где кончится «книжки» строка…
Но « баюшки-бай» напеваю
Сквозь слёзы…печаль…и века.
Поэзия – вечность!
Не бремя.
Поэзия – Солнца родник!
Поэзия – Времени время.
Поэт – светлых душ проводник.
БЛУДНЫЙ СЫН
Как возлюбить? Не став возлюбленным?
О! Трепетность ажурных созерцаний…
О! Дар богов!..
О! Взгляд бездомных глаз…
Кавказ как боль,
А боль моя – Кавказ.
Я сам рождён под виноградной тенью
В медовый месяц на медовый спас.
Вот Ноя вспомнил…
Он ковчег причалил
На Араратской шпильке бытия…
А может быть, тем голубем
Был я?..
Когда: «Земля! Земля! Земля-я-я!»
Они кричали.
«И каждой твари там по паре».
С небес сияло три луча!
Что сгоряча рубить концы швартовых
И новый грезить Вавилонский суд ?..
Ковчеги нас уж больше не спасут.
Спасёт Любовь! И Слово, что вначале…
КОНДОЛИЗЕ РАЙС
Ах, Кондолиза! Кондолиза!
У нас в “Совке”, что Зин, что Лиза –
Кухарка за рулем…!
Мы этот опыт знаем паче…
Сквозь смех грустим,
Сквозь радость плачем
Молчим – так не о чем…
Желаем, Солнышко, удачи
(А по-славянски – как иначе?),
Свет утра за окном.
Желаем трезвости мышленья,
Желаем женского сомненья…
И Друга за плечом.
* * *
Когда в зеркальном отраженье
Нет преломления луча –
Земли касаются колени,
А в храме плавится свеча.
Так созидается молитва:
Прости! Прощай! Пойми меня!
Не знал, что будет жизнь разбита
На три таинственных луча…
Прости что в многом был не вправе,
Но, право, - верен был до дна.
В венчальном туевом овале
С тобой делил фужер вина.
А в миг предчувствия бессмертья,
Прижавшись ухом к животу,
Я слышал: бился, бился, бился
Тот свет, рождающий Звезду!
Так дай же, Боже, утешенья
Моей любви и сыновьям!
А дни безумнейших сомнений
Цикутой жизни выпью сам.
МОИМ СПУТНИЦАМ
Люди – не лица.
Лицо – не визитка.
Меняется контур…
Под тяжестью слитка –
Душа не торгует –
Рассудок продажен.
Плетет хитроумные сети адажио,
И медленно, мед-лен-н-о падают звуки
На клавиши сердца.
Что в мире разлуки?
Что в жизни скитания?
Вокзальный перрон?
Вечный зал ожидания?
Два Ангела-друга
Да новые встречи?
И плавятся свечи зарей на Заречье.
А плечи? Что плечи?
С мечтой да сумою,
И нет им приюта,
И нет им покоя…
И снова дорога лежит у порога
Кольцом обручальным жены-недотроги…
Моей Лорелеи! Надежды! Любови!
О, сколько же боли?!
О, сколько же крови?!
И все-таки стоит –
Виденье – Творенья!
За Ваш поцелуй –
Моей жизни мгновенье…
О.Голованову
ПОСЛЕДНИЙ ДЕНЬ ГОЛГОФЫ
Как однажды на Голгофе
Всех голгофников собрали.
Тех, которых распинали…
Тех, которых не распяли…
Те, которые которых,
Долго руки отмывали
И песком от пятен жгучих
Оттирали башмаки.
А потом домой спешили,
Приносили детям ветку…
Из сиреневой капели
Той – отрубленной – руки…
А потом за стол садились,
В угол набожно крестились,
Пили горькое вино.
Звезды им в окно светили,
Но им было все равно.
А когда в постель ложились,
То опять тайком молились
(Проклиная всех и всяк),
Только звезды им не снились.
Снился Холод! Снился Мрак!
Как однажды на Голгофе
Дети всех отцов собрали –
Тех, которых распинали,
Тех, которых не распяли…
Те, которые которых,
К сердцу ветку прижимали,
Дети им от капель жгучих
Оттирали башмаки…
* * *
Любимая, зачем нам речь дана?
Зачем слова, незначащие чувства?
Слова – листва осенней песни грустной,
Что паутинкой вяжут времена.
Любимая, дай губ твоих нектар!
Вот яд, достойный вечного признанья!
Дай губы мне, а горечь ожиданья
Возьму себе, как твой последний дар.
Любимая, я в жизни не успел
Любовь и жизнь в стихах увековечить.
Под тяжестью забот сгибались плечи,
Под тяжестью работ… и разных дел.
Любимая, ох, сколько не успел…
ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ
Вот и пришли святые тридцать три…
Мой календарь осыпался на четверть.
Ну что же, больше мне не круговертить…
Как будто что-то замерло внутри.
Всему свой срок. Прошла пора страстей,
Пора надежд и тайных устремлений.
Уж тридцать три, и ты давно не гений,
Но так же одинок среди людей.
Всему свой срок… Познанье глубоко!
Но возвращаться вспять уже не стоит.
И может, за держанье удостоит
Мне истина одно свое перо…
Наташе Падас
ОТТУДА
В бесконечно большом
Бесконечное малое есть.
Как в ладонях твоих,
Как в твоих напряженных ресницах
Есть божественность снов
И пронзительность бьющейся птицы.
В бесконечно большом…
Как и здесь, так и там…
Нет у времени бремя.
Ты пришла как судьба.
Был декабрь,
Он к колготкам колени приморозил, подлец.
Ты смеялась.
Белоснежный венец мягко голову кутал.
И казалось, что сплю,
И казалось тогда: ты оттуда! Вся оттуда!
Оттуда!.. Оттуда!
Было утро потом…
Ночь разводами глаз повенчала…
В бесконечно большом
Было малое наше начало.
ОЖИДАНИЕ
Когда закончится зима,
Когда деревьям цвет приснится,
Когда покинет стаю птица,
Все возвращая на круга…
Когда предутренний рассвет
Ударит колоколом вечным,
Когда ты тихо скажешь: «Нет!,
Как звезды, задувая свечи,
Когда старинные часы
Пробьют весеннее начало,
Мы нашу жизнь начнем сначала,
Как жертву, бросив на весы.
РЕАЛЬНОСТЬ
Вот и закончилась зима.
Деревьям цвет уже не снится.
Под крыши возвратились птицы,
Смысл Бытия вернув домам.
Уже предутренний рассвет
Ударил колоколом вечным.
И ты сказала тихо: «Нет!»,
Но «Да» сказали твои плечи.
И так же слышен бой часов
На старой площади вокзальной.
Жизнь в отражении зеркальном
Качает чашечки весов…
КТО ИЩЕТ
In vino veritas, дружок! –
И черт уже в бокале,
Трубит в волшебный свой рожок
И корчит рот в оскале.
In vino veritas, друзья!
Гуляем за удачу!
Но только почему глаза
Твои печалью плачут?
In vino veritas! Эгей!
Налей и пей во славу,
И в мире призрачных теней
Найдешь и честь, и славу,
Определишь предел всему:
И Вере, и Надежде…
А Истина накинет плащ,
Свой звездный плащ…
Свой снежный…
МАГИЯ НОЧИ
Не спи, мой друг!
Я слышу, слышу, слышу…
Печаль по дому бродит,
И опадают розы на столе…
И Ночь в окне –
Как Золушка в золе.
Во мне свои сомнения находит…
Как в декабре с ума деревья сходят –
Стучат о крышу и в окно стучат…
А стрелки на двенадцати стоят.
Печаль, вся в белом,
Кружева плетет
Незримой нитью
Наших судьб небесных,
А черный кот, чарованный луной,
Под бой часов
Свою мурлычет песню…